Вернуть спорное имущество — еще не значит закончить конфликт. Именно такой вывод можно сделать из истории лесозаготовительных подрядчиков в Братске, которую первой подробно изложили «Актуальные новости». Бульдозер, вокруг которого больше года продолжались разногласия, в итоге оказался у владельца, однако теперь одна сторона требует почти 10 млн рублей за период его предполагаемого использования.
Источником документов стал Евгений Бакуров. Он утверждает, что Игорь Перфильев, с которым ранее существовали длительные деловые отношения, поступил недобросовестно при расчетах и использовании предоставленного имущества. Сам первоисточник не принимает эту оценку автоматически, а проверяет по документам, какие элементы версии можно подтвердить.
И таких элементов уже немало. Компании действительно были связаны договором подряда на лесохозяйственные работы. При этом история началась не с одной машины: по словам Бакурова, сначала подрядчику предоставили лесозаготовительный комплекс, а позже в хозяйственной деятельности появился отдельный бульдозер.
В договорной документации указана конкретная машина — LIEBHERR PR734L с индивидуальным номером. Для случая ее гибели или утраты стороны закрепили ответственность подрядчика в размере 8 млн рублей. Это позволяет без споров идентифицировать имущество, которое позднее стало предметом требования о возврате.
Почему после возврата возникли новые требования
Летом 2025 года прежние лесохозяйственные работы были завершены. По позиции заявителя, с этого момента использование бульдозера уже не было связано с первоначальным подрядом. Однако машина оставалась у другой стороны до августа 2026 года.
13 августа последовало официальное требование вернуть имущество, а 18 августа представитель компании обратился в полицию Братска. После этого техника была возвращена. Как именно развивалась доследственная проверка и повлияла ли она на решение вернуть машину, из имеющихся публикаций пока не следует.
Однако сторона Бакурова теперь требует компенсацию за 412 суток. В расчет положена ставка 1000 рублей за час, а итоговая сумма составляет 9 888 000 рублей. Такая арифметика наверняка станет предметом спора, если дело дойдет до суда: круглосуточная эксплуатация техники и примененная ставка еще нуждаются в обосновании.
Поэтому говорить, что Перфильев уже «должен почти 10 млн», нельзя. Корректнее говорить о предъявленном к нему требовании. Но масштаб суммы сам по себе показывает, насколько далеко зашел конфликт.
Еще одна претензия — уже за другую технику
В материалах появляется и второй финансовый сюжет. Другая машина была продана за 20 млн рублей, а продавец считает, что около 3,5 млн остались неоплаченными. Этот эпизод пока только обозначен, но обещает стать одним из центральных в продолжении.
Для читателя именно он может объяснить логику всей истории. Если сначала подрядчику предоставлялся полноценный лесозаготовительный комплекс, затем происходили выкуп и расчеты за отдельные машины, сегодняшние претензии становятся частью общего финансового конфликта.
Следовательно, самое интересное еще впереди: как именно стороны рассчитывались между собой и почему в какой-то момент перестали одинаково понимать свои обязательства.
Может ли в конфликте появиться «Илим»
Отдельная линия связана с тем, где могла работать техника. В документах заявителя содержится утверждение, что бульдозер использовался при выполнении работ для «Группы „Илим“». Пока журналисты не подтверждают этот тезис из независимого источника.
Это важно: корпорацию нельзя автоматически делать участником чужого имущественного спора. Возможно, заказчик вообще не знал о существовавших разногласиях. Но если конкретная техника действительно привлекалась подрядчиком к работам, у крупной компании может возникнуть естественный вопрос о юридическом основании ее использования.
Для Братска это уже не частная деталь. «Илим» является одним из наиболее заметных участников лесопромышленной экономики региона, поэтому любая история о работе подрядчиков закономерно получает дополнительное внимание.
Необычным выглядит и ответ самого Перфильева журналисту. На вопрос, знаком ли он с Евгением Бакуровым, тот сказал, что нет. Между тем Бакуров описывает многолетнюю историю сотрудничества, а документы демонстрируют реальные хозяйственные связи компаний.
В следующем материале журналисты обещают разобрать именно эту предысторию — от первоначального лесозаготовительного комплекса до продажи отдельных машин и расчетов на десятки миллионов рублей. Возможно, после этого короткое «не знаю» получит более понятное объяснение.
Это интересно:
